К проверке моего заявления на наличие в оппозиционном видеоролике признаков преступления, предусмотренных 282 статьей (антиидиотской, а не «антирусской» или какой-то еще), подключилось Калининское следственное управление. Я писал в городское, потому что городское имеет право делать запрос в центр «к», оно и будет вести дело, Калининское подключилось для обеспечения ведомственного контроля над следствием.

Один из подарков, которые я получил на Новый год, это подарок, сделанный следственным комитетом Санкт-Петербурга. Пришел ответ на мое заявление о распространенном в Интернете оппозиционном видеоролике, где кроме всякого протеста мыдла содержались кадры, которые можно квалифицировать как разжигающие. И я их именно так и квалифицировал. Потому что протест протестом, а статья статьей.

Для тех, кто подсел на более поздних станциях, сообщаю, что 21 декабря друзья навели на видеоролик, в котором пляшут орки и речь идет об «азерах из Чечни». Решил, что это мой гражданский долг – заявление в прокуратуру. Хотя ролик и оппозиционный, против Путина и всех-всех-всех – это не значит, что можно пренебрегать законностью и играть с опасными вещами, предусмотренными 282 статьей. А то выглядит как-то по-подростковому: наврежу бабушке – отморожу уши!

Сегодня друзья навели на видеоролик, в котором пляшут орки и речь идет об «азерах из Чечни». Решил, что это мой гражданский долг – заявление в прокуратуру. Хотя ролик и оппозиционный, против Путина и всех-всех-всех – это не значит, что можно пренебрегать законностью и играть с опасными вещами, предусмотренными 282 статьей. А то выглядит как-то по-подростковому: наврежу бабушке – отморожу уши!

К протестующим я не испытываю ни любви, ни ненависти. Я к ним очень индифферентен, и вообще считаю, что протест вызван несоответствием темпов реальной модернизации и вымышленной, идущей семимильными шагами в зависимости от буйства воображения. После кризиса ожиданий тахрирующие просто перестроят свои ожидания на более умеренные, отвечающие темпам времени. Это болезненно, но неизбежно. Ну и еще поймут, что их Немцово-Навальные поимели. Однако есть в приличных обществах правила, нарушение которых делает приличные общества неприличными.

Получаю реакцию на выборы из регионов, населенных определенными этническими группами, и понимаю, что роль «Единой России» там существенно другая, а уменьшение роли этой партии в политической жизни Кавказа приведет к абсолютно другим последствиям, нежели в центральной части страны.

120% голосование за партию власти в республиках Кавказа – не махинация с бюллетенями, а сущностная необходимость, которую регион вынужден воспроизводить. Современная этнополитическая карта региона сложилась под влиянием постоянного внесистемного влияния с севера. Внесистемной позиции, если хотите. Если в XIX веке это было военно-политическое присутствие, то в XX веке это было классово-идеологическое. Эти недемократические конструкции встраивали в себя весь имеющийся пестрый ковер религиозных течений, этнических, племенных и сословных групп, становясь политической матрицей, направляющей весь политический процесс.

По наследству эту роль на себя принимает и «Единая Россия». Ну что еще может примирить карачаевцев и черкесов в рамках одного региона, если границы этого региона определены властью, ныне которая представлена в регионе «Единой Россией»? Она же, напомню, утверждает главу региона и является проводником миропорядка на гражданском, политическом и административном уровне. Уже внутри партии идет борьба тейпов, тухумов, семей, но она никогда не вытекает за актуально-политические рамки, намеченные «едром».

- Стало известно, что в конце ноября в Германии пройдет первая встреча армянской и азербайджанской общин Нагорного Карабаха. Как вы считаете, каких результатов можно ожидать от нее и что она может дать в плане урегулирования конфликта?

- Самый главный эффект от народной дипломатии – это откат от демонизации своего оппонента. Этот шаг постоянно недооценивают, однако он имеет существенное значение при урегулировании этнополитических конфликтов.

Стороны, столкнувшись лицом к лицу вживую, не через сайты, не через газеты и не через лозунги, начинают воспринимать друг друга как людей. Людей с иными интересами, иными ценностями, но все-таки людей. Это позволяет смягчить конфликт, так как стороны начинают допускать саму мысль о том, что мирное, политическое урегулирование возможно.

Ждать каких-то прорывных решений нельзя, на уровне общин их никогда не происходит. Возможность общин влиять на глав государств также более чем ограничена. Однако такие встречи поощрять нужно, это маленькие шаги к тому, чтобы стороны воспринимали друг друга как оппонентов, а не как непримиримого врага, которого можно только уничтожать, с которыми возможен диалог только в формате насилия. Убедившись, что у другой стороны нет “рогов и копыт”, и что это такие же люди, стороны смогут допустить альтернативу. Это основной результат таких встреч, и он очень ценен.

Сегодня прислали ссылку на видео, где мы со Всеволод Герасимов (белорусским оппозиционером) и Андреем Сошниковым обсуждаем арабские волнения и их природу. В целом все нормально прошло, хотя я от недосыпу местами кое-где затупил. Планировалось как дебаты оппонентов, но вышли на сходные позиции по многим вопросам.

Некоторое время назад вывел еще один «закон Мерфи» (до этого уже выводил один и он не оказался сколь-либо интересным для широкой общественности). В первоначальном виде он звучит так: «Если вы ищите нефть, то найдете ее на территории этнических меньшинств», однако в новом варианте он оказался еще любопытнее:

«Если в стране и есть нефть, то она всегда находится на территории этнических меньшинств»

К этому выводу я пришел, анализируя ситуацию вокруг Ливийского конфликта 2011 года, когда неожиданно для меня оказалось, что нефть находится на земле амазигов, а также иракское досье, там нефть находится на землях курдов. В конечном счете, большинство этнополитических конфликтов, так или иначе, затрагивают вопрос о нефти, которая принадлежит меньшинствам.

США удовлетворили просьбу Грузии и изменили код страны на въездных визах в Соединенные Штаты для граждан Грузии с GRZ (Gruzia) на GEO (Georgia). Об этом сообщили в четверг грузинские СМИ, ссылаясь на заявление посла Грузии в США Темура Якобашвили. И еще он добавил, что уничтожит «Грузию». Так и сказал: «Я уничтожу слово «Грузия», обещаю».

Ситуация очень примечательна в конфликтном плане. Обычно этнополитический конфликт подразумевает появление меньшинства, его самовыделение из нации, сперва лингвистическое, смена топонимики, самоназвания, нередко этнонима (с внешнего, данного им со стороны, на автоэтноним, собственное самоназвание). Здесь же наоборот, большинство самоопределяется от всех остальных «случайных» народов Грузии и меняет свое наименование.

Еще интересно то, что «Джорджия» – не собственное название государства, данное народом Грузии. Оно такое же внешнее, как и «Грузия», только принадлежит не православно-славянской цивилизации, а условно «западной», англо-саксонскому миру. Если бы режим Саакашвили претендовал бы на полноценное строительство суверенного государства, он бы требовал менять ISO-код на SKR (Sakartvelo). То есть меняя на «Джорджию», Саакашвили подчеркивает свою приверженность не демократии и государству-нации… вернее даже не приверженность, а принадлежность… принадлежность к англо-саксонскому проекту, который вызывает множество вопросов как национальный проект. Поскольку проект США – это проект неоимперский, имеющий неоколонии.

Во время моей московской поездки появляются новые дела, которые надо решать параллельно с запланированными. Это очень интересная синергия. Вот один из таких эффектов – пригласили на GeorgiaTimes.info дать комментарий об этнической ситуации в Грузии и перспективах режима Михаила Саакашвили.

Каждый раз смеюсь в полный голос, когда слышу абсолютно расистский по своей природе довод, что ислам – это воинственная религия. То есть воинственная по самим своим канонам. Одни говорят, что у ислама воинственная догматика, забывая или специально умалчивая, что у ислама-таки догматики нет вообще. Другие пытаются с линейками отмерить какой-то мифический возраст религии, когда у нее наступает агрессивный период, хотя ислам – это такой 1500-летний старец, и агрессивничать ему уже просто не по чину.

Сегодня вспомнил два случая, ломающих шаблон в голове в части «воинственности» религий.